Театральное бюро путешествий «БИНОКЛЬ»
туры и билеты в самые знаменитые театры мира
главная персоналии произведения словарь записи книги



Шуберт. Девятая симфония С-dur

Глава №62 книги «История зарубежной музыки — 3»

К предыдущей главе       К следующей главе       К содержанию

Девятая симфония С-dur (1828) — произведение столь же но­ваторское, как и «Неоконченная». Но если последняя была выражением интимных настроений, то Девятая — искрящаяся, юная, полная жизненной энергии — представляет собой воплощение на­родно-героических образов. Даже в ее «божественных длиннотах» (Шуман) чувствуется эпическая поэзия. Шуману, которому при­надлежит заслуга открытия этого произведения, оно казалось оли­цетворением духа Вены — ее народной культуры, истории, ее при­роды.

В Девятой симфонии ощутим отблеск, наиболее животрепещу­щего мотива современности — мотива войны и мира, под знаком которого формировалось мировоззрение художника шубертовского поколения. Вместе с тем в этой музыке живут образы националь­ного фольклора. Так, вступление, с его «волшебным» звучанием валторн и красочной трансформацией ярко самобытной темы, окрашено колоритом «лесной романтики»:

Этот образ, господствующий в немецком фольклоре, станет ти­пичным для романтической поэзии и оперы XIX века (Эйхендорф — в поэзии, Вебер, Маршнер, Вагнер — в музыке). Во всту­плении также найден эффект, напоминающий постепенное приближение торжественного шествия.

Романтический колорит симфонии ощутим во многих ее элемен­тах, начиная с романсно-бытового характера лирических тем и кончая звучанием оркестра, в котором почти речевая выразитель­ность сочетается с богатейшими переливами красок.

Но при этом во всем произведении царит стихия марша. Ритмы шествия, звучание фанфар пронизывают всю музыку. В Девятой симфонии Шуберт наиболее полно и ярко воплотил свое представ­ление о героических помыслах современности.

В ликующем стремительном Allegro ma non troppo господст­вует блистательная тема главной партии:

Из ее фанфарообразных интонаций вырастает героический мо­тив, пронизывающий все разработочные эпизоды. Мощные возгла­сы тромбонов на фоне сияющего звучания деревянных духовых, смелые гармонические сопоставления и модуляции придают стре­мительному взлету Allegro яркий романтический колорит:

Героическому образу противопоставлена тема, напоминающая бытовой чувствительный романс:

В трактовке формы сонатного allegro есть преемственность с «Неоконченной симфонией». Она проявляется в принципе сопоставления тем, в привнесении динамически разработочного элемен­та в сферу побочной партии в терцовом тональном плане.

Вторая часть, Andante con moto, отличается удивительной кра­сотой. В обеих ее широко развернутых темах песенность сочетается с маршево-героическими интонациями и ритмами. Таков харак­тер первой темы:

Несмотря на свой огромный размер, Andante пленяет песен­ной непосредственностью и простотой. А. Н. Серов усматривал в этой части связь с народными свадебными песнями. Характерно, что даже развитие Andante, основанное на варьированной куплетности, напоминает гигантски разросшуюся форму шубертовского романса.

В первой теме Andante (как и в теме побочной партии Allegro) слышатся элементы венгерской народной музыки. Обращает на се­бя внимание и характерно шубертовский прием игры «светотени», неожиданное мажорное просветление после длительного сумеречно­го минора.

В третьей части симфонии Шуберт преображает скерцозность в вальсовость. Музыка насыщена венскими уличными мелодиями, а средний эпизод (трио) написан в духе простодушного деревен­ского лендлера. Но этот лендлер теперь предстает в виде титани­ческой массовой пляски.

Использование вальса в качестве самостоятельной части сим­фонического цикла получит в дальнейшем широчайшее распространение в сонатно-симфонической литературе XIX века (Шуман, Берлиоз, Чайковский).

По своей образной структуре финал родствен изображению народного веселья в последней части бетховенской Седьмой симфо­нии. Но в отличие от Бетховена, Шуберт насыщает свою музыку не танцевальными, а маршевыми элементами. Приподнятый тон изложения, стремительные темы, масштабы музыкального разви­тия создают впечатление грандиозной картины возвращения побе­дителей.

В Девятой симфонии Шуберта нет интеллектуальной мощи и великолепной архитектоники произведений Бетховена. Ее сила в другом — в яркости и новизне образов, в покоряющей музыкаль­ности, в исключительной красоте отдельных моментов. Эта симфо­ния всецело принадлежит новой национально-романтической школе.

И в крупном плане, и в деталях проявляется такая широта и единство замысла, такое богатство воображения и силы динамических кульминаций, что все это и поныне потрясает слуша­телей.

«Истинно гениальна по вдохновению, по силе, по порыву, по красоте, по выражению «народности» и «народной массы» в первых трех частях и «войны» в финале», — писал В. В. Стасов о Де­вятой симфонии Шуберта, утверждая, что она «навеки будет од­ним из высших музыкальных созданий в мире».

«Гигантское произведение, отличающееся и громадными разме­рами, и громадной силой, и богатством вложенного в него вдохно­вения...» — писал об этой симфонии П. И. Чайковский, отмечая ее особую самобытность, «прелесть гармонизации» и «свежесть на­родного элемента, преобладающего в мелодическом рисунке».


 

главная персоналии произведения словарь записи книги
О сайте. Ссылки. Belcanto.ru.
© 2004–2016 Проект Ивана Фёдорова