Театральное бюро путешествий «БИНОКЛЬ»
туры и билеты в самые знаменитые театры мира
главная персоналии произведения словарь записи книги



Редчайшее явление в истории искусства

Глава №51 книги «Артуро Тосканини. Великий маэстро»

К предыдущей главе       К следующей главе       К содержанию

В январе 1929 года, после премьеры в "Ла Скала" новой оперы Умберто Джордано Король (она шла в один вечер с Паяцами), Тосканини уехал в Нью-Йорк.

Проведя с обновлённым симфоническим оркестром большой цикл концертов во многих городах Соединённых Штатов, он вернулся в Италию, чтобы дирижировать прощальными спектаклями в "Ла Скала": Аидой и Фальстафом Джузеппе Верди, Германией Альберто Франкетти и Манон Леско Джакомо Пуччини.

Затем, прежде чем окончательно покинуть миланский театр, маэстро провёл турне со всем составом "Ла Скала" по Австрии и Германии.

В Вене на сцене Государственной оперы труппа "Ла Скала" показала Фальстафа с Мариано Стабиле и Лючию ди Ламмермур с Тоти Даль Монте. Газеты откликнулись хвалебными рецензиями. Газета "Нойес винер журналь" писала:

«В Вену прибыл сказочный Тосканини и показал чудо исполнения опер. Победа бесспорная — победа художника, искусства и нации.

Изумление началось сразу же после первых аккордов Фальстафа. Оркестр пенился, как шампанское. Речитативы и арии исполнены глубокого смысла. Мы ещё никогда не слышали музыку Верди, звучащую так по-итальянски.

Те, кто считал, что итальянская опера — это только звуковые эффекты, пылкость и мелодические сюрпризы, должны изменить своё мнение после Фальстафа под управлением Тосканини. Опера проведена элегантно, изящно, с большим благородством; она полна движения и глубины. Тосканини провозвещает новую итальянскую музыкальную культуру».

Ещё большее восхитила Лючия ди Ламмермур. Неповторимый тембр голоса и его чистота, внешность и талант Тоти даль Монте, необычайно соответствовавшие роли, завораживали слушателей. Оркестр, руководимый Тосканини, покорял тонкостью отделки деталей и поэтичностью звучания.

«Только теперь мы по-настоящему смогли оценить красоту этой оперы, — отмечал критик газеты "Нойе фрайе пресс". — Такое явление, как Тосканини, редчайшее в истории искусства. Оркестр, солисты и хор Венской оперы, конечно же, не уступили бы миланским, если бы были обучены Тосканини».

Выдающийся дирижёр Бруно Вальтер признавался в одном из писем, что эти великолепные спектакли, даже в мельчайших деталях, несомненно, плод труда целой жизни.

Гастроли со всё возрастающим успехом продолжились в Берлине спектаклями Лючия, Трубадур, Риголетто, Манон, Аида и Фальстаф, а также инструментальными сочинениями, в том числе Героической симфонией Бетховена, произведением могучим по замыслу и масштабам, в котором, по точному определению композитора Александра Серова, "веяние свободы воспето со всею достодолжной чистотой, строгостью и даже суровостью героической мысли".

О берлинских выступлениях Тосканини в 1929 году вспоминал маэстро Ганс Шмидт-Иссерштедт:

«Эти концерты стали для меня необычайной школой. Когда Тосканини дирижировал Героической, я отметил абсолютную ритмическую строгость. Это поразило меня; казалось, Героическая не похожа на обычную симфонию и в то же время производила пвечатление более грандиозной, чем когда-либо. В антракте я поделился своими впечатлениями с друзьями. Некоторые из них находили Тосканини слишком дотошным и заявляли, что предпочитают ему Менгельберга или Фуртвенглера, у которых больше фантазии…

Я настаивал на своём, говоря: Героическая грандиозна. Я лично считаю, что Тосканини показал настоящую манеру дирижирования, всё остальное — грубый дилетантизм. По молодости я думал: мы с Тосканини в чём-то близки друг другу.

Позже, когда я занял пост главного дирижёра оркестра в Дармштадте, а потом в Ростоке, то попытался, так же, как Тосканини, исполнять только то, что написано в партитуре, но в результате получалось необычайно сухо. Друзья говорили мне: "Что с тобой случилось?" Я отвечал: "Дорогие мои, точное следование партитуре — вот истинный принцип дирижирования..."

Но тут таилась большая опасность: не следовало подражать технике Тосканини, даже от его влияния нужно было освободиться, чтобы снова обрести собственную манеру, свой облик. И только с годами, когда пришла зрелость, я обрёл свой собственный стиль дирижирования».


 

главная персоналии произведения словарь записи книги
О сайте. Ссылки. Belcanto.ru.
© 2004–2016 Проект Ивана Фёдорова